Неточные совпадения
Пробираюсь вдоль забора и вдруг слышу
голоса; один
голос я тотчас узнал: это был повеса Азамат, сын нашего хозяина; другой
говорил реже и
тише. «О чем они тут толкуют? — подумал я. — Уж не о моей ли лошадке?» Вот присел я у забора и стал прислушиваться, стараясь не пропустить ни одного слова. Иногда шум песен и говор
голосов, вылетая из сакли, заглушали любопытный для меня разговор.
Вон она, в темном платье, в черном шерстяном платке на шее, ходит из комнаты в кухню, как тень, по-прежнему отворяет и затворяет шкафы, шьет, гладит кружева, но тихо, без энергии,
говорит будто нехотя,
тихим голосом, и не по-прежнему смотрит вокруг беспечно перебегающими с предмета на предмет глазами, а с сосредоточенным выражением, с затаившимся внутренним смыслом в глазах.
— Я хочу предостеречь тебя в том, — сказал он
тихим голосом, — что по неосмотрительности и легкомыслию ты можешь подать в свете повод
говорить о тебе. Твой слишком оживленный разговор сегодня с графом Вронским (он твердо и с спокойною расстановкой выговорил это имя) обратил на себя внимание.
Вронский и Анна тоже что-то
говорили тем
тихим голосом, которым, отчасти чтобы не оскорбить художника, отчасти чтобы не сказать громко глупость, которую так легко сказать,
говоря об искусстве, обыкновенно
говорят на выставках картин.
Он
говорил тихим и сладким
голосом, держал себя опрятно и чинно, ласкался и прислуживался к гостям, с сиротливой чувствительностию целовал ручку у тетушки.
— Революция направлена против безответственных, — вполголоса, но твердо
говорил Иноков. Возразить ему Самгин не успел — подошел Макаров, сердито проворчал, что полиция во всех странах одинаково глупа, попросил папиросу. Элегантно одетый, стройный, седовласый, он зажег спичку, подержал ее вверх огнем, как свечу, и, не закурив папиросу, погасил спичку, зажег другую, прислушиваясь к
тихим голосам женщин.
Самгин отвечал междометиями, улыбками, пожиманием плеч, — трудно было найти удобные слова. Мать
говорила не своим
голосом, более густо,
тише и не так самоуверенно, как прежде. Ее лицо сильно напудрено, однако сквозь пудру все-таки просвечивает какая-то фиолетовая кожа. Он не мог рассмотреть выражения ее подкрашенных глаз, прикрытых искусно удлиненными ресницами. Из ярких губ торопливо сыпались мелкие, ненужные слова.
Учитель встречал детей молчаливой, неясной улыбкой; во всякое время дня он казался человеком только что проснувшимся. Он тотчас ложился вверх лицом на койку, койка уныло скрипела. Запустив пальцы рук в рыжие, нечесанные космы жестких и прямых волос, подняв к потолку расколотую, медную бородку, не глядя на учеников, он спрашивал и рассказывал
тихим голосом, внятными словами, но Дронов находил, что учитель
говорит «из-под печки».
На берегу
тихой Поруссы сидел широкобородый запасной в солдатской фуражке, голубоглазый красавец; одной рукой он обнимал большую, простоволосую бабу с румяным лицом и безумно вытаращенными глазами, в другой держал пестрый ее платок, бутылку водки и — такой мощный, рослый —
говорил женским
голосом, пронзительно...
Утешающим тоном старшей, очень ласково она стала
говорить вещи, с детства знакомые и надоевшие Самгину. У нее были кое-какие свои наблюдения, анекдоты, но она
говорила не навязывая, не убеждая, а как бы разбираясь в том, что знала. Слушать ее
тихий, мягкий
голос было приятно, желание высмеять ее — исчезло. И приятна была ее доверчивость. Когда она подняла руки, чтоб поправить платок на голове, Самгин поймал ее руку и поцеловал. Она не протестовала, продолжая...
Рассказывая, она крепко сжимала пальцы рук в кулачок и, покачиваясь, размеренно пристукивала кулачком по коленям своим.
Голос ее звучал все
тише, все менее оживленно, наконец она
говорила как бы сквозь дрему и вызывала этим у Клима грустное чувство.
У него преприятная манера
говорить: он
говорит, как женщина, так что самые его отказы и противоречия смягчены этим
тихим, ласковым
голосом.
Василиса Кашпоровна многое уже начала
говорить с нею таким
тихим голосом, что Иван Федорович ничего не мог расслушать.
Он
говорил то нежным, вкрадчивым
голосом, переступая с ноги на ногу, глядя на присяжных, то
тихим деловым тоном, взглядывая в свою тетрадку, то громким обличительным
голосом, обращаясь то к зрителям, то к присяжным.
Раньше страшного и трагического конца мира —
говорит ее
тихий и несмелый
голос, прежде чем мир содрогнется предсмертной мукой, сверкнет на земле и луч Преображения, явлено будет, хотя в кратком предварении, Царство Христа на земле, к этому ведет вся история, как своему пределу.
Он был во всем стилизатор,
говорил искусственно
тихим голосом, с опущенными вниз глазами.
Слышала она, ясно слышала, особенно в ночной тиши,
голос отца,
тихий и ласковый, каким всегда он
говаривал с ней.
— Все тебя поминала, —
тихим, чуть слышным
голосом говорила Дуня. — Сначала боязно было, стыдно, ни минуты покоя не знала. Что ни делаю, что ни вздумаю, а все одно да одно на уме. Тяжело мне было, Грунюшка, так тяжело, что, кажется, смерть бы легче принять. По реке мы катались, с косной. С нами был… Добрый такой… правдивый… И так он глядел на меня и таким
голосом говорил со мной, что меня то в жар, то в озноб.
Слышится Василию Борисычу за часовней
тихий говор, но не может ни смысла речей понять, ни узнать говоривших по
голосу. Что
голоса женские, это расслышал, и невольно его на них потянуло. Тихонько обошел он часовню, приблизился к чаще рябин и черемух. Узнал
голоса: Фленушки с Парашей. Но ни слова расслышать не может, не может понять, о чем
говорят.
— Прости, Параша… прощай, сестрица милая… — обращаясь то к одному, то к другому,
говорила Настя
тихим, певучим
голосом, — не забывай меня…
Своей тогдашней популярностью он обязан был своему лекторскому таланту. Он не был оратор в условном смысле; в нем не чувствовался и бывший судебный защитник, привыкший к чисто адвокатским приемам красноречия. Он
говорил довольно
тихим голосом, без парижской красивости и франтоватости дикции, но содержательно, с тонкой диалектикой и всякими намеками — в оппозиционном духе.
В тот вечер он не произвел на меня впечатления мистика и неврастеника,
говорил очень толково, на деловую тему, своим
тихим, нутряным и немножко как бы надорванным
голосом.
Катков тогда смотрел еще совсем не старым мужчиной с лицом благообразного типа, красивыми глазами,
тихими манерами и спокойной речью глуховатого
голоса. Он похож был на профессора гораздо больше, чем на профессионального журналиста. Разговорчивостью и он не отличался. За столом что-то
говорили об Англии, и сразу чувствовалось, что это — главный конек у этих англоманов и тогда самой чистой водылибералов русской журналистики.
Дорогою мать очень много
говорила с моим отцом о Марье Михайловне Мертваго; хвалила ее и удивлялась, как эта
тихая старушка, никогда не возвышавшая своего
голоса, умела внушать всем ее окружающим такое уважение и такое желание исполнять ее волю.
— Так вот ты, Баранов, и сообрази, —
говорил гораздо
тише совсем опьяневший женский
голос. — Что ж она, Жанетка, только ведь что французинка называется, а что она против меня? Тьфу, вот что она. Где ж теперь, Баранов, правда!
По целым часам он стоял перед «Снятием со креста», вглядываясь в каждую черту гениальной картины, а Роберт Блюм
тихим, симпатичным
голосом рассказывал ему историю этой картины и рядом с нею историю самого гениального Рубенса, его безалаберность, пьянство, его унижение и возвышение. Ребенок стоит, пораженный величием общей картины кельнского Дома, а Роберт Блюм опять
говорит ему хватающие за душу речи по поводу недоконченного собора.
В комнате непрерывно звучали два
голоса, обнимаясь и борясь друг с другом в возбужденной игре. Шагал Павел, скрипел пол под его ногами. Когда он
говорил, все звуки тонули в его речи, а когда спокойно и медленно лился тяжелый
голос Рыбина, — был слышен стук маятника и
тихий треск мороза, щупавшего стены дома острыми когтями.
Яков Сомов, гладкий и чистый,
говорил мало,
тихим, серьезным
голосом, он и большелобый Федя Мазин всегда стояли в спорах на стороне Павла и хохла.
Николай нахмурил брови и сомнительно покачал головой, мельком взглянув на мать. Она поняла, что при ней им неловко
говорить о ее сыне, и ушла в свою комнату, унося в груди
тихую обиду на людей за то, что они отнеслись так невнимательно к ее желанию. Лежа в постели с открытыми глазами, она, под
тихий шепот
голосов, отдалась во власть тревог.
Он
говорил всегда спокойно,
голосом честного и строгого судьи, и хотя — даже
говоря о страшном — улыбался
тихой улыбкой сожаления, — но его глаза блестели холодно и твердо.
Они явились почти через месяц после тревожной ночи. У Павла сидел Николай Весовщиков, и, втроем с Андреем, они
говорили о своей газете. Было поздно, около полуночи. Мать уже легла и, засыпая, сквозь дрему слышала озабоченные,
тихие голоса. Вот Андрей, осторожно шагая, прошел через кухню, тихо притворил за собой дверь. В сенях загремело железное ведро. И вдруг дверь широко распахнулась — хохол шагнул в кухню, громко шепнув...
Он долго
говорил ей что-то
тихим, серьезным
голосом. Она смотрела ему в лицо и думала: «Он не сделает ничего худого, он не может!»
Голос страстей может быть громче
голоса совести, но
голос страстей совсем другой, чем тот спокойный и упорный
голос, которым
говорит совесть. И как ни громко кричат страсти, они все-таки робеют перед
тихим, спокойным и упорным
голосом совести.
Голосом этим
говорит вечное, божественное, живущее в человеке.
— И вы вправду не знали, что он у меня во все эти дни ни разу не был? — спросила Наташа
тихим и спокойным
голосом, как будто
говоря о самом обыкновенном для нее происшествии.
Мне нравилось, что он называет Петра Васильева человеком, и меня волновал его
тихий, торжественный
голос. Он
говорил так, как хорошие попы читают «Господи, владыко живота моего», и все наклонялся вперед, съезжая со стула, взмахивая рукою пред своим лицом…
Евангел опять замолчал и наконец встал, бросил от себя траву и, стоя среди поля с подоткнутым за пояс подрясником, начал
говорить спокойным и
тихим голосом...
— Любовь Любимовна, — начала она
тихим и слабым
голосом: она иногда любила прикинуться загнанной и сиротливой страдалицей; нечего и
говорить, что всем людям в доме становилось тогда очень неловко, — Любовь Любимовна, вы видите, каково мое положение; подите, душа моя, к Гавриле Андреичу,
поговорите с ним: неужели для него какая-нибудь собачонка дороже спокойствия, самой жизни его барыни?
— Без десяти минут полночь! —
тихим голосом говорил Ворсунька, чтобы не разбудить спящего батюшку, зажигая свечу в кенкетке, висевшей почти у самой койки. — Опоздаете на вахту.
Строгий и красивый, он всё повышал
голос, и чем громче
говорил, тем
тише становилось в комнате. Сконфуженно опустив голову, Кожемякин исподлобья наблюдал за людьми — все смотрели на Максима, только тёмные зрачки горбуна, сократясь и окружённые голубоватыми кольцами белков, остановились на лице Кожемякина, как бы подстерегая его взгляд, да попадья, перестав работать, положила руки на колени и смотрела поверх очков в потолок.
Татарин
говорил долго, но Кожемякин не слушал его, — из окна доносился
тихий голос священника, читавшего отходную. На крыше бубновского дома сидели нахохлившись вороны, греясь на солнце.
— Положи,
говорю, нож! —
тише сказал хозяин. Илья положил нож на прилавок, громко всхлипнул и снова сел на пол. Голова у него кружилась, болела, ухо саднило, он задыхался от тяжести в груди. Она затрудняла биение сердца, медленно поднималась к горлу и мешала
говорить.
Голос хозяина донёсся до него откуда-то издали...
При напоминании о дочери прибаутки и улыбки исчезали у сапожника, — точно ветер осенний сухие листья с дерева срывал. Жёлтое лицо его вытягивалось, он сконфуженным,
тихим голосом говорил...
— Эх, умереть бы! —
говорил он скрипящим
голосом. — Лежу вот и думаю: интересно умереть! —
Голос у него упал, зазвучал
тише. — Ангелы ласковые… На всё могут ответить тебе… всё объяснят… — Он замолчал, мигнув, и стал следить, как на потолке играет бледный солнечный луч, отражённый чем-то. — Машутку-то не видал?..
Потугин обратился к Татьяне и начал беседовать с нею
тихим и мягким
голосом, с ласковым выражением на слегка наклоненном лице; и она, к собственному изумлению, отвечала ему легко и свободно; ей было приятно
говорить с этим чужим, с незнакомцем, между тем как Литвинов по-прежнему сидел неподвижно, с тою же неподвижной и нехорошей улыбкой на губах.
По ее милости он стал и одеваться опрятно, и держаться прилично, и браниться бросил; стал уважать ученых и ученость, хотя, конечно, ни одной книги в руки не брал, и всячески старался не уронить себя: даже ходить стал
тише и
говорил расслабленным
голосом, все больше о предметах возвышенных, что ему стоило трудов немалых.
Самый звук его
голоса, сосредоточенный и
тихий, увеличивал обаяние; казалось, его устами
говорило что-то высшее, для него самого неожиданное…
В один ясный вечер, когда уже отзвенели цикады, и лиловые тени всползали на выбегающие мысы, и, в преднощной дремоте, с
тихим плеском ложились волны на теплый песок, — Иван Ильич лежал на террасе, а возле него сидела Катя, плакала и жалующимся, детским
голосом говорила...
— Екатерина Ивановна, мне надо серьезно
поговорить с вами! — произнесла
тихим голосом тетя Леля, опускаясь в кресло, и без дальних проволочек поведала начальнице обо всем случившемся.
Он чуть не закричал на жену. Около него суетилась повитуха; болтая в воздухе плачущим ребенком, она что-то убедительно
говорила ему, но он ничего не слышал и не мог оторвать своих глаз от страшного лица жены. Губы ее шевелились, он слышал
тихие слова, но не понимал их. Сидя на краю постели, он
говорил глухим и робким
голосом...
Гордей Евстратыч сначала улыбался, а потом, опустив голову, крепко о чем-то задумался. Феня с замиравшим сердцем ждала, что он ей ответит, и со страхом смотрела на эту красивую старческой сановитой красотой голову. Поправив спустившиеся на глаза волосы, Гордей Евстратыч вздохнул как-то всей своей могучей грудью и, не глядя на Феню, заговорил таким
тихим голосом, точно он сам боялся теперь своей собеседницы. В первую минуту Фене показалось, что это
говорит совсем не Гордей Евстратыч, а кто другой.